О странствиях дальних, о воинах храбрых, о девах прекрасных


Ответить
Аватара пользователя
Аве
Гвардеец

Почетный Ветеран
Поблагодарили: 567 раз
Сообщения: 4537
Имя персонажа: Аве
Игра: DH
Откуда: Петроград

О странствиях дальних, о воинах храбрых, о девах прекрасных

Сообщение Аве » 29 дек 2014, 05:11

Вместо предисловияПоказать
Пожалуй, ни к кому я так не отношусь противоречиво, как к испанцам. История Испанской империи, начало Экспансии и владычество испанских Габсбургов, инквизиция и Альгамбрский эдикт - для меня это черные страницы истории. Выросший на Уленшпигеле и романтизации Нидерландской революции, я до сих воспринимаю Карла V и Филиппа II кровавыми тиранами(вот она - сила слова), а протестанское воспитание дало мне еще немало в копилку неприязни к католической Испании. Про конкистадоров вообще молчу. И при этом меня действительно неудержимо притягивает та же самая страна. Европу 3/4 первые игры начинаю исключительно за Кастилию. Любимейший в последнее время язык, культура, история. Что это - сам не понимаю, но Испания - одна из немногих стран, что я мечтаю посетить. И когда меня в последнее время начали посещать мысли попробовать написать что-то псевдоисторическое, место действия пришло на ум почти сразу же. А герой...выбор героя немного затянулся, но в итоге представляю вам пилотную серию нового форумного сериала. Не обессудьте, но затянется, думаю, и он, главное, не разорваться между всеми циклами, но буду стараться. Спасибо за внимание. Бонусом вам песня, которая и повлияла в свое время на выбор героя.

З.ы. Каждый раз, как выкладываю длинный текст на форум - тихо схожу с ума от невозможности нормального редактирования
Полноводная Эбро неспешна и величава. Рождаясь в горах Кантабрии, не спешит она на встречу с волнами Средиземного моря, не торопится слиться с ним. Медленно, с сознанием собственной важности несет она свои воды и, кажется, будто все вокруг подчинено ей, ее распорядку. Тихо летом в долине Эбро, недвижим воздух, а высокое солнце палит так, что от его яркого взора не укрыться даже в тени. Хочешь, не хочешь, а на пару часов днем замирает жизнь в Сарагосе. И в столичном городе, что дал название тайфе, и в самых дальних краях, подчиненных великому эмиру Ахмаду ал-Муктадиру, волею Аллаха завоевавшему эту землю, отдыхает люд на шестой час после рассвета, устраиваясь кто где. Богачи подзывают слуг с опахалами и устраиваются под навесами, наслаждаясь сном и рукотворным легким ветерком, кто победнее — идет в холодный подвал или устраивается в гамаке посреди тенистой рощи. Лишь к реке не идет никто, все знают, как негостеприимна для жаждущего прохлады великая Эбро. Раскален песок ее берегов, обжигающе горячи неспешные воды и нет рядом ни деревца, чтоб укрыться подле него. Степь, великая степь сопровождает реку от Туделы до Тортозы, выставляя напоказ каждого путника, каждый караван, идущий в Наварру или Кастилию. Вот с караванов-то и началась эта история...

Было время сиесты и Юсуф ибн Хакам, сотворив как должно зухр, отдыхал в своем шатре, задумчиво посасывая косточку финика. Уже десятый день, как его отряд патрулировал бассейн реки, встревоженный известиями о убийстве и грабеже торговцев, а результата все не было. Кто бы не были эти разбойники, они были неуловимы, как степной ветер. С другой стороны, прекратились и их нападения, но ведь Юсуфу вскоре придется вернуться в Сарагосу и тогда все вернется на круги своя. Неприятная ситуация, неприятная...Ну да на все воля Аллаха. А Аллах, видимо, благоволил Хакаму, несмотря на отдых, расставившему сторожевые посты на десятки ашлов вокруг лагеря. «Мой господин, вверх по течению замечен путник, пеший, идет с трудом, вооружен», - дозорным разрешалось входить в шатер без разрешения, скорость получения информации старый командир ценил выше церемониала. Юсуф машинально отметил, что принесший эту весть молодой воин выглядел запыхавшимся и взволнованным, но страха в нем не ощутил. Хорошее все-таки пополнение удалось набрать в это раз, добрые воины Аллаха. Доводилось командиру видеть и таких, что пугались не то что одинокого ратника, но и любого встреченного дервиша. Ибн Хакам хищно улыбнулся: «Ко мне его!» Удача определенно улыбалась ему: путник вполне мог что-либо видеть, а если повезет, и вовсе оказаться охранником одного из разграбленных караванов.

Родриго покачнулся очередной раз. Его медленно убивали голод и жажда, адская жара сжирала его заживо день за днем, но путник не бросил ничего из своего вооружения. Каждый раз, когда идти становилось особенно тяжело и голову переполняли предательские мысли, яростный полушепот/полухрип «Дева Мария, заступница» отгонял их и позволял пройти еще пару сотен шагов. А дальше — все по новой. Но Родриго предпочел бы умереть рыцарем, чем жить безродным и шел-шел-шел дальше вдоль Эбро, вдоль единственного своего ориентира под палящим солнцем Арагона. Он уже не помнил, сколько недель назад вышел из Бургоса с последовавшими за ним пятьюдесятью преданными воинами, помнил лишь, как гордо смотрел в лицо провожающему его городу, городу, чьим защитником он был и который так быстро от него отрекся, услышав стращный указ короля. Девять дней, чтоб покинуть Кастилию дали Родриго, и ни один подданный Альфонсо VI не имел права ни снабдить его припасами, ни предоставить приюта. Тогда решение пройти сквозь Наварру и Сарагосу в Барселону и предложить свой меч Рамону Беренгеру казалось единственным разумным, но к чему оно привело...Огнем и мечом брал отряд в землях неверных все необходимое, пробираясь вниз по течению великого Эбро. Родриго планировал добраться до Таразоны, а там свернуть на север, к отрогам Пиренеев, пройдя вдоль них до самой Барселоны. Вот до Таразоны только и удалось добраться. За те годы, что воин не был в землях великого эмира, город сильно разросся, и отряд подобрался чересчур близко к охраняемым землям. Картины гибели шедших за ним людей до сих стояли перед глазами Родриго, усугубляя и так непрекращающиеся страдания. Может, уже возраст давал о себе знать, может обстановка, но в то время, когда рыцарь, будучи королевским лейтенантом и принцем войска, водил за собой армии, он никогда не чувствовал смерть так остро. Вместе с горсткой выживших, израненных и обессилевших Родриго отступил вниз по реке, понимая, что идет навстречу неминуемой гибели. Но проводники были убиты, а сам он не настолько знал местность к северу от речной долины. А горстка людей все продолжала и продолжала таять в стычках с охраной караванов и крестьянами, видевшими их слабость и не желавшими расставаться с едой без боя, пока из некогда величественного отряда в живых не остался лишь предводитель.

Бывший предводитель молча стоял перед Юсуфом ибн Хакамом. Давно уже не было сил, доспех нестерпимо пек и тянул к земле, но даже сейчас испанская гордость не давала Родриго склониться перед кем-либо. А командир мусульманского отряда в это же время изучающе рассматривал лицо путника, изможденное, худое, заросшее буйной бородой. Доспех воина отличался от традиционного исламского, да и обрывки котты еще несли на себе цвета Кастилии. «Алла, а доспех-то богат, богат. Знатная добыча меня может ждать», - подумалось Юсуфу и он снова хищно улыбнулся. "من أنت?" (Кто ты? (араб)), ожидая ответа командир внимательно вглядывался в воина, но тот в ответ лишь качнул головой. «راميرو لي. بسرعة!» (Рамиро ко мне. Быстро! (араб)),- Хакам гаркнул так сильно, что из соседней палатки, зевая, выбрался такой же дотемна загорелый, как и все окружающие, солдат и направился к стоящим. Выслушав Юсуфа, он, в свою очередь, повторил вопрос пленнику, уже на безупречном кастильском:
«Кто ты и что здесь делаешь?»
«Мое имя - Родриго Диас Де Бивар, и мои дела вас не касаются»
Глаза Рамиро расширились и, давясь удивлением, он еле слышно выдохнул: «Кампеадор»
Доктор Айон Голдблум говорит: Это цикл жизни. Свет создал троллей, тролли создали динозавров, динозавры едят людей, троллям достается Азерот.

Аватара пользователя
Аве
Гвардеец

Почетный Ветеран
Поблагодарили: 567 раз
Сообщения: 4537
Имя персонажа: Аве
Игра: DH
Откуда: Петроград

Re: О странствиях дальних, о воинах храбрых, о девах прекрас

Сообщение Аве » 06 янв 2015, 18:21

Рыцарь устало смотрел, как переводчик что-то возбужденно рассказывает предводителю отряда. Он мог бегло разговаривать на разговорном арабском и неплохо понимал его, но сейчас с трудом разбирал от силы треть слов. С другой стороны, Де Бивар был воином, а не ученым, чтоб понимать все наречия и тонкости языка нечестивцев. После распада Кордовского халифата на тайфы языки там мешались и менялись порой невообразимо. Родриго снова глянул в сторону беседующих, на красноречивые жесты солдаты. Ну да, Кампеадор, да только что это значит сейчас, когда тебе за сорок, ты изгнан из родного города, любимая жена и дочки в монастыре и, кто знает, удастся ли их увидеть. Был бы отряд, были бы копья — был бы и повод для оптимизма, а так...Незаметно для себя уходил воин в раздумья, в мечты о любимой, так что очередной окрик Юсуфа стал для него как громом среди ясного неба. И опять Рамиро пришлось быть посредником меж ними.

«Это ты грабил наши корованы?»
«Грабил?», - Родриго гордо вскинул голову, взглянув противнику в глаза. «Я брал припасы у этих людей по праву сильного и не собираюсь опрадываться за это»
«Я уважаю право сильного и даже не собирался ставить его под сомнение», - ухмыльнулся Хакам, «Но согласись, теперь оно на моей стороне, твоя жизнь, твоя честь, - все в моих руках и руках великого ал-Муктадира, да продлит Аллах его годы»

Воин напротив чуть не задохнулся от ярости, едва переводчик закончил говорить. «Моя честь, иберийская шавка, принадлежит только мне. А моя жизнь — только моему повелителю и Господу нашему Иисусу Христу. И мне трижды плевать, кто ты и кто твой эмир!»

В ответ на это Юсуф внезапно широко улыбнулся, выставив вперед ладони: «Добрый воин. Добрые слова. Я не враг доблести, Кампеадор, и уважаю любого, кто в добрый час надел свой меч и достоин его носить, будь он араб, кастилец, бербер или сакалиб. Не враг я ничьей вере и ничьим людям, кроме тех, что подняли руку на меня и на моего эмира. Но, как я уже сказал, меня радует твоя отвага, так что не пленником, но гостем ты поедешь со мной в Сарагосу, гостем почетным и уважаемым, в одном шатре со мной пировать будешь, обдуваемым одним опахалом. И будет это так же истинно, как то, что имя мое Юсуф ибн Хакам и я — ариф властителя этой земли, Ахмада ал-Муктадира, да будет его борода вовек не тронута врагом»

Смягчили сердце Родриго слова эти, глянул он в глаза араба, так и стоящего пред ним с выставленными руками и поверил ему. Да и был ли выбор? Можно, конечно броситься на отряд, но что он им сможет сделать, усталый и измученный, даже умереть не дадут достойно. Да и не выглядели враги сбродом, что легко разогнать: лагерь поставлен умело, дозоры выставлены, в добротные войлочные кафтаны одеты приведшие его люди. Де Бивар уже видал такие в деле: валяная шерсть неплохо защищала от стрелы на излете, могла сдержать и удар мечом. Для серьезной битвы, конечно, этого мало, но и отряд не похож на военный. Ариф (так вроде этот высокий бородач назвал себя) их был без доспеха, в опоясанной тунике до колен с узкими рукавами. Когда-то она явно была кипенно-белой, но, судя по отметинам на ткани, последние годы служила поддоспешником, потеряв от этого былой лоск. Из под темных штанов грубой ткани виднелись носки красных кожаных сапог, на боку висели украшенные кожаные ножны, откуда торчал эфес андалусского, судя по гарде, меча. Но даже в обыденной одежде он выглядел воином, готовым сорваться с места и отвести удар, решись Родриго нанести его. И рыцарь не был уверен, что его рука будет быстрее.

Почувствовав, что барьер сломан, Юсуф тем временем, утерев пот с лица, укрытого зеленой обручем охватывающей его голову куфией, сам не менее внимательно расматривал Кампеадора. Конечно он слышал о нем, да и кто не слышал? Имя принца кастильского войска было на слуху последние лет двадцать, превратив некогда простого умелого воина в легенду Иберии. Никогда, как говорили, не был простым его путь, но последний поход на Толедо должен был принести полководцу несметные богатства и почести. Так почему же сейчас прославленный победитель стоит пред ним в таком виде: в оборванном сюрко, запыленной кольчуге, с простым щитом за спиной и без шлема, прикрыв голову какой-то тряпкой? Что это действительно Кампеадор Хаким поверил сразу, он доверял и Рамиро и своим глазам и, самое главное, своей интуиции. Да и невелика потеря, если ратник лжет — Муктадир уж точно выяснит правду. Юсуф задумался. Он был простым арифом, командиром малой фирки всадников и никогда не лез в политику, но сейчас начал вспоминать...Последние дни в тайфе ходили слухи, что близь Таразоны был наголову разбит отряд христиан, копий сто, а то и двести, и что не иначе как кастильский король собрался на них войной. Не то чтоб он им верил, двести копий возьмут не то что Таразону, но при должной удаче и Сарагосу, но какая-то почва под слухами определенно должна была быть. Мог ли быть воин частью этого отряда? Вполне, вид у него определенно потрепанный, да и Таразона выше по течению Эбро, как раз в той стороне, где дозоры нашли путника.
«مرة أخرى في سرقسطة، وإزالة الدوريات!» (Возвращаемся в Сарагосу, снимайте дозоры! (араб))
Доктор Айон Голдблум говорит: Это цикл жизни. Свет создал троллей, тролли создали динозавров, динозавры едят людей, троллям достается Азерот.

Ответить

Вернуться в «Творчество»

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и 2 гостя